деятельность, как мысль, как ум, но не действует в истории, не располагает модулем экзи­стенциальных выгод, позволяющим ходить, видеть, слы­шать и т.д. Ограничиваются способности онто Ин-се, но не само Ин-се.

Если я залезу на крышу и оступлюсь, то упаду и сверну себе шею. Но я сам решил взобраться на крышу, я осту­пился, и я же упал. Все это приводит к вредным для меня последствиям, которые я уже не в силах изменить. Или я сижу за рулем автомобиля, и другая машина наезжает на меня сзади. Я мог не оказаться в данном месте, я мог предвидеть столкновение, и точно так же другой води­тель мог быть более внимательным. У истоков события стоит психическое поведение — мое и другого человека, которое определяется свободой, сознанием, решитель­ностью, задающими направление психической деятель­ности данного субъекта.

Если прогресс медицинской науки откроет возможно­сти восстановления утраченного органа, онто Ин-се тот­час же примет его при соответствии этого органа жиз­ненному току крови

Многих изумляет то, что исходный этиологический взгляд, будучи чрезвычайно незначительным на первом этапе исследования сущностной субъективности души, после, начиная походить на разбросанные или отклонённые доли "Я" и группируясь с ними, влечёт в такой степени значительное скапливание, что способно разрушить систему самопротекции индивидуума. Коварно то, что индивидуум настроен на повторение, приспособляется к физиологическому проявлению болезней в результате психологических факторов и повторной соматизации. Часто, выработав у пациента осознавание первого признака, надлежит научить его ориентироваться в системе противопоставления сложившемуся навыку. Вытесненное, проступающее в признаке, закрепляется некоим обыкновением, что можно определить как соматический образец, невыносимый во времени.

Вторичное заболевание, в основе которого лежат психические факторы являет собой пролонгацию разыскивания отвергнутого и неразрешенного предмета, что в определенном смысле кажется важнейшей стремлением индивидуума осуществить нереальное. Большинство индивидуумов основывают цель личной любви, штурма и враждебности в личном организме. Как часто опухоль замещает собой индивидуума, что необходимо убить, а также безответную влюблённость! Впрочем, к несчастью, рецидивная болезнь на основе психических факторов свидетельствует, что "Я" не было в состоянии справиться со собственной регенеративной функцией и возобладали первоначальные операции (другими словами, сознательное уступает собственные принципы предшествующей ему фазе, и проваливается при попытке ослабления угрожающих, на его взгляд, явлений). В то время как признак перетекает в хроническую фазу, обычно это говорит об окончательном раздоре между сознательным и бессознательным; это отхождение процесса, что отчаивается получить награду, и человек испытывает отстраненность, "Я" расчленяется.

Психосоматическая болезнь может быть инспирирована и невыдуманным страхом, но только в том случае, когда болезнь ассоциируется с фактической боязнью. Побудительной причиной постоянно представляется нервная тревога, ошибка в восприятии настоящих ожиданий, потому, что субъект, знакомясь с реальностью, заведомо практикует перенесение, а следовательно, переносит на себя, в том числе, индивидуальные типы тревоги.

Итак, анормальные факты, как в психической, так и в физиологической области являются формой отклика на неврозный чувство опасения, которое ни в коей мере не представляется истинным либо связанным с существованием, в случае если же оно и связано с объективностью, то исключительно как с побудительной подосновой, провоцирующий некоторый комплекс либо удалённую сущность в ситуации имеющей невротический уклон.

Всякая аффилиация может найти решение как в явлениях так называемого духовного, так и плотского уровня, следовательно болезни, что даже квалифицированные доктора находят созданными вегетативной дистонией, вымыслом либо фиксацией, к сожалению, более вероятны, чем те, какие выражаются на внешнем ярусе. Собственно эти заболевания и должно в значительной степени иметь в виду, потому, что в иерархии патологичной причинности каузальность психического яруса, в сущности, предопределяет и стоит в начале всех прочих, признанных со стороны аллопатической медицинской науки или метода лечения ничтожно малыми дозами лекарств, вызывающих в больших дозах признаки данного заболевания.


назад далее