Психосоматика: от индивидуальности к социальности

Все мы пребываем в рамках репрессивной культуры, которая уравнивает и нивелирует, оболванивает и обоб­ществляет. Такова, например психология русской идеи «товарищества», бразильской "tudo bem", итальянских коммунистических установок. Но почему я не могу воз­главить то или иное движение, почему я не могу быть Сталиным, Мао дзэ Дуном, если я на это способен? Поче­му я не могу обладать менталитетом лидера?

Анализируя личность человека, отыскивая причину возникновения его проблем, бедности, пытаясь понять, почему ему не хватает средств на покупку дома, несмо­тря на все труды, я обнаруживаю, что данный субъект инфантилен, ленив, не хочет развиваться, не использует ум во благо собственного роста. Субъект всегда бедству­ет, нищенствует или болеет не в силу отсутствия необхо­димых социальных средств, а потому, что ограничен сте­реотипами, то есть ментально обусловлен

Страх как первопричина невротического заболевания

Любое обусловленное физиологическими и психологическими причинами заболевание, в самом верном значении этого слова, имеет возможность вырабатываться только в условиях нервной нежизнеспособности, предполагающей утрату вещественного или мнимого процесса, и эта потеря исполняет партию отправного устройства. В большинстве случаев мы ведем разговор об реалии, какой в раннем возрасте или даже в грудничковой, предваряющей словесный период стадии развития субъекта, выполнил ключевую роль в упрочении подобного типа привыкания, пускай даже забирающего. Так, неприкосновенное пребывание внутреннего мира коверкается не под влиянием объективной слабости, а просто-напросто согласуется с представлением, не связанной с реалией. Таким образом, субъект мучается от утери процесса, так как он сам считает, что теряет его, потому, что он соотносит целый мир, всю действительность с инициатором либо со ступенью диады "мать-дитя", какая определила константу - через условный рефлекс - процесса информации или аутентификации; и на почве такой примитивной далекой от реалий невротической фазы (каждый субъект представляет собой логическую смену стадий развития) образуется психосоматическая болезнь, постоянный признак, отличающийся автономией и представляющий угрозу жизнедеятельности.

Однако лишь каузальных условий недостаточно для зарождения болезни, нужна исходная причина которая, ведет к обострению побуждения либо углубляет чувство потери предмета, проявляющееся в пубертатный период, в фазе юности а также в стадии взрослости. Подобной побочной причиной может стать какое-либо существенное потрясение в жизнедеятельности а также стороннее воздействие. Нереализованное природным либо перенаправленным методом удалённая сущность нагнетает влияние первоначальной нужды, что дает повод к преобразованной истерии. Не следует поражаться этому преображению: в внутреннем проявлении напряжённость разряжается и дает немалый потенциал выживания на сознательном ярусе.

Аффекты, схваченные на сознательном уровне, появляются естественно и в состоянии получить безотлагательную разрядку а также другие формы демонстрации, беcпрестанно находясь под постоянным наблюдением сознания и определяя его перевеc. Препятствие происходит с того момента, когда сознание отводит, отстраняет их от себя, так как тогда сознание а также органическое неосознаваемое ощущает неотступное нахождение этих аффектов, какие на осмысленный уровне могут являть собой весьма обычные, стандартные предметы, но, в случае, если получаются отторгнутыми осознанной совокупностью и втянутыми в среду органического ума, то претерпевают важные трансформации, усиливаются и скапливаются, другими словами, создают нарастающие сосредоточения. Потому какой-нибудь тривиальный объект, незначительный стимул может вылиться в становление мощного симптома, большой концентрации, что в результате становится неврастенией всего индивидуума, как следствие зарождения регрессивных, влекущих боязнь и грусть бессознательных взаимосвязанных восприятий и вымыслов. Крохотная крупинка имеет возможность привести к сходу оползня.


назад далее