Это положение позднее развивает Гризингер — ученик Целлера. В учебнике, изданном в 1845 г., и в ряде работ он обосновывает многие оригинальные положения учения о психозах; описывает психозы, возникшие в связи с ревматизмом; выполняет исследование в области клиники навязчивых явлений; утверждает, что существует патологоанатомическая основа психозов, которую следует искать только в мозге. Вся психическая деятельность человека, писал Гризингер, построена по схеме рефлекса
Кого-то поражает то, что первоначальный причинный аспект, будучи очень несущественным на первичной стадии анализа сущностной субъективности души, затем, копируя разбросанные либо отторгнутые частицы "Я" и кооперируясь с ними, провоцирует в такой степени значительное накапливание, какое в силах разломать систему защиты индивидуума. Страшно то, что человек направлен на повтор, привыкает к заболеваниям, в основе которых лежат психические факторы и повторным заболеваниям, в основе которых лежат психические факторы. Часто, подведя заболевшего к осознаванию первого признака, надлежит обучить его находить себя в системе антиобыкновения. Изгнанное, обнаруживающееся в признаке, фиксируется некоторым обыкновением, что можно выразить как физиологический обычай, непереносимый в длительности.
Повторная болезнь в результате психологических факторов являет собой продление нахождения отвергнутого и неразрешенного предмета, что в известном значении кажется величайшей усилием совокупности душевных и телесных сил осуществить невозможное. Большая часть людей формируют предмет собственной привязанности, штурма и агрессивности в личном организме. Как постоянно злокачественная опухоль замещает собой индивидуума, что необходимо уничтожить, либо несчастную любовь! Впрочем, увы, рецидивная соматизация показывает, что сознательное не сумело справиться со своей восстановительной функцией и возобладали первичные операции (проще говоря, сознательное передаёт собственные принципы минувшей ступени, и проваливается при уничтожении страшных, на его взгляд, инцидентов). В то время как проявление переходит в затяжную стадию, зачастую это говорит об категорическом разладе между "Я" и подсознательным; это уклонение предмета, что теряет надежду вознаграждение, и человек ощущает отдаление, сознательное расчленяется.
Заболевание, причинами которого являются как физические, так и психические факторы бывает инспирирована и истинным опасением, но лишь в том случае, когда она сопоставляется с реальной боязнью. Провокационным мотивом постоянно является нервная тревога, искажение фактических ожиданий, потому, что человек, сталкиваясь с действительностью, неизменно употребляет систему отражения, а значит, переносит на себя, в том числе, специфичные формы опасения.
Итак, противоестественные явления, как в психологической, так и в соматической сфере представляют собой форму реакции на невротическое чувствование тревоги, которое ни в коей мере не оказывается объективным или экзистенциальным, когда же оно и объединено с реальностью, то только как с побудительным фактором, провоцирующий некое слабое место либо удалённое содержимое в обстановке имеющей неврозный уклон.
Всякая мотивировка может обнаружить разгадку как в факторах можно назвать психологического, так и физического уровня, исходя из этого расстройства, какие даже хорошие медики определяют порожденными вегетоневрозом, воображением а также акцентированием, увы, наиболее реальны, чем те, что проступают в очевидной сфере. Особенно подобные расстройства и должно в наибольшей степени принимать к сведению, потому, что в логическом порядке патологичной каузальности причинность психологического порядка, на самом деле, определяет и лежит в основе любых прочих, признанных традиционной медицинской наукой или методом лечения ничтожно малыми дозами лекарств, вызывающих в больших дозах признаки данного заболевания.
назад далее